Я — сова, поэтому иногда задерживаюсь на работе, и чтобы успеть хоть немного выспаться и не опоздать, ночую на диванчике в соседнем с серверной помещении. В самой серверной стоит сигнализация с датчиками движения, которая включается охраной здания на ночь.
Почти полночь. Сижу за своим компом в серверной, перед сном читаю Пелевина, попутно играя в браузерную онлайн-игрушку и слушая музыку. Мимо по коридору проходит охранник, резко останавливается и через приоткрытую дверь смотрит на меня как на привидение. Осипшим от удивления голосом:
— Ты ещё тут? А я уже минут десять назад поставил серверную на сигнализацию, думал, ты уже спишь... Не шевелись, сейчас сниму, — и убегает.
Продолжая сидеть в той же позе, размышляю, что за десять минут все мои движения сводились к мягким перемещениям мышки.
Работал я во второй половине девяностых в немаленькой конторе. Только что перешли окончательно на 95-ю винду — мышки стали таким же важным инструментом, как и клавиатуры, и проблема с грызуном реально тормозила работу. В ходу были оптомеханические мышки: покрытый резиной тяжёлый шарик, катаясь по поверхности стола, крутил колёсики с прорезями, которые вращались между светодиодом и фотоприёмником и таким образом генерировали прерывыстые сигналы, понятные компьютеру. Проблемы были простыми: пережатые жилки мышиного хвостика, «культурный слой» на валиках, постепенное старение, с которым боролись сближением светодиода и фотоприёмника, и естественная смерть.
В один прекрасный день мышки у части сотрудников стали вести себя странно. Приходит народ на работу утром в понедельник — мышка в лучшем случае еле двигается. К обеду положение улучшается. Дело к вечеру — опять та же история. Как будто с утра у мышки «после вчерашнего» ничего как следует не работает, а вечером — от усталости. И так каждый день.
Живая? Ага, как же. Я сам переученный левша и почти одинаково хорошо владею обеими руками. Мышку привык держать в левой руке, так как правой удобнее набирать на цифровой клавиатуре и играть, конечно. При очередном вызове вначале проверил, что, действительно, мышке поплохело, а потом по привычке поменял руку, и — о чудо! — мышка излечилась. Что за хрень? Вернул назад — опять «отстаньте от меня, дайте полежать спокойно». Не стал я грозных слов говорить, а разобрал манипулятор, снял верхнюю крышку и проверил, как работает, крутится и движется всё, кроме курсора на экране. Накрыл мышку ладонью более тщательно — наступило явное улучшение. Я взял ножницы и чёрную бумагу, которая как раз осталась после распаковки новой мебели, вырезал кусочек по форме верхней части корпуса мышки и вставил внутрь. «Похмелье» и приступы послеобеденной лени у мышки как рукой сняло. Аналогичная операция над остальными мышками тоже помогла — работали они, пока не умерли от старости через пару лет.
Шаманство? Ничуть. Я уже упоминал светодиоды и фотоприёмники. Естественное старение ухудшает их характеристики, в результате они становятся более чувствительны к помехам. В данном случае помехой стал свет. Проблемы с мышкой появлялись у сотрудников, которые сидели у окна, через которое по утрам лился яркий свет, а вечером все включали настольные лампы. Корпуса мышей светло-бежевого цвета неплохо пропускали свет — вот и забивал этот свет полезный сигнал. Конечно, можно было предложить обнимать мышек более страстно, что сокращало бы площадь, освещённую солнцем и доказывало наличие биополя и астральную связь между человеком и мышкой. Но мы, люди приземлённые, все эти тонкие материи заменили обрывком бумажки. Вспомните Оккама — не плодите лишние сущности, а оглянитесь повнимательнее вокруг и перелистайте школьный учебник физики.
Будучи вовсе не профессионалом, но весьма ярым любителем посидеть за компьютером, я был постоянно требователен к манипуляторам типа «мышь». За долгие годы развлечений и работы на моём терминале старые крыски ломались, дохли, получали инвалидность, и на их место приходили новые. Иногда добрая матушка приносила с работы ненужных зубастых — вдруг понядобятся? Старые же ввиду моей лености не выкидывались, а просто затакливались в дальний угол.
Спустя N лет та же добрая матушка решила вдруг навести грандиозный порядок в квартире. В процессе помощи ей в этом нелёгком деле в разных углах я натыкался на всё новых и новых «старых подруг». В общей сложности набралось ровно двенадцать штук. Окинув взглядом клубок проводов, я обратил внимание, что все девайсы принадлежат различным мини-эпохам. Хохмы ради решил, предварительно распутав хвосты, разложить мышки в ряд в порядке приобретения.
Наверняка вы видели картинку, где наш биологический вид покадрово переходит из обезьяньего состояния в homo sapiens. Я же наблюдал эволюционный ряд грызунов за последний десяток лет.
Товарищу железячнику, не верящему в душу железа посвящается. Оно, может быть, всё и верно, что у каждой проблемы есть корни, но мы живые люди, железо живёт с нами рядом и тоже способно очеловечиваться.
Яркий пример — моя мышка. Она довольно пожилая, у неё капризный затвердевший хвост (если в некоторых положениях оставить мышку в покое, провод пружинит и курсор чуточку отъезжает, напоминая брюзжание бабушки). У неё плохо работает колёсико: иногда, чтобы прокрутить страницу, нужно сделать около двадцати поворотов — прокрутка идёт маленькими шагами, дрыгаясь туда-сюда. Разбирал, смотрел — внешне всё нормально. Но как только я вслух говорю жене, что пора бы заменить мышку, то на утро колёсико уже прекрасно работает! Потом, постепенно забывая страхи, грызун снова начинает привередничать. Но однажды я буду непреклонен. Так и знай, мышка!
Работал программером и «ответственным за компы» в одной неайтишной организации, где директором была женщина возрастом «далеко за» — хороший специалист в своей области, но нулевой юзер. Вызывает она как-то меня: мышь, мол, сломалась. «Что именно сломалось?» — «Она делает не то, что я хочу».
Заинтересовавшись, поднимаюсь в её кабинет. Директор работает на компе, орудуя крысой, развёрнутой на 180 градусов. «Мышь, — говорит, — ведёт себя неадекватно! Я веду влево, она вправо, и наоборот!» Подхожу, сдерживая смех, переворачиваю мышку:
— Так-то гораздо удобнее. — Точно, я раньше так и работала, но вот после того, как две недели назад она у меня сломалась, мне надоело, я и решила к тебе обратиться.
Возвращаюсь к себе в кабинет. Снова звонок: после того, как я починил мышку, ярлык «Мой компьютер» не открывается — какие-то сообщения на экране выпрыгивают. Иду назад, пытаясь понять причинно-следственную связь. Как оказалось, за эти две недели, работая развёрнутой мышью, дама запускала программы правой (для неё) кнопкой мыши. Развернув мышь, она продолжала настойчиво щёлкать по правой (уже настоящей) кнопке.
Ехал как-то в электричке, взяв с собой достаточно много вещей. Путь был неблизкий, часа на три, а вагон пустовал, так что можно было посидеть с ноутбуком. К сериалам тяготения я не испытываю, поэтому открыл любимую IDE с намерением сделать что-нибудь полезное.
Работаю я в основном с клавиатуры, но некоторые действия привычнее выполнять мышью, а когда не хочется её доставать, то красной точечкой. Кодилось хорошо, и я даже почти успел воплотить свой замысел к концу дороги, но не давало покоя одно: когда поезд тормозил, разгонялся или просто ехал по всяким мостам, у меня внезапно переключались окна, выделялся или прокручивался код, а то и происходило что-то ещё более странное.
Понимание пришло уже в пункте назначения, когда я начал распаковывать сумки. Небрежно кинутая в карман рюкзака беспроводная мышка осталась включённой, и при тряске поезда она тёрлась колесом и ударялась кнопками, напоминая о себе и просясь на свободу. Выпустил я её на волю тогда надолго, а на обратном пути положил спать, зажав кнопочку на брюхе. Всю дорогу бесхвостая вела себя тихо.
Представьте себе некую компанию, живущую в трёхэтажном здании. На первом — супермаркет, а на остальных этажах — офисы. На третьем этаже живут айтишники в количестве пяти морд.
Наступило 28 декабря. Телефон в отделе разрывается — по всему офису начали умирать компьютерные мыши. Вчетвером айтишники бегают по офису и супермаркету, заменяя умершие манипуляторы на новые. Хорошо, год Крысы приближался.
Вышли после беготни на улицу подышать на длину сигареты. Из подвала супермаркета выползают мужики в противогазах со странным оборудованием, грузят инвентарь в припаркованную рядом машину и присоединяются к айтишникам. Оказалось, они дератизацию проводили в подвале магазина. Но почему дохли и компьютерные мыши?!
