Небольшая конторка — занимаемся интеграцией сетевых технологий. Однажды поступает заказ от ТСЖ на подключение к интернету многоквартирного жилого дома. Всё шло хорошо, но тут ушла в декрет наш секретарь. Делать нечего — взяли новенькую.
Позвонили однажды из ТСЖ и спросили, ждать ли им сегодня монтажников с витой парой. Новенькая отожгла, заполнив заявку так:
«ТСЖ „****“ ожидает появления монтажников святой парой».
В январе к нам в компанию пришёл аудит из головного офиса. Заходят проверяющие вместе со мной и моим директором в серверную, где трудятся семь серверов. Температура в помещении — 18 градусов, как и положено. Проверяющий интересуется:
— Температурный режим соблюдается? — Конечно.
По окончании проверки мой начальник спрашивает:
— А почему это отопительная батарея не включена? Почему так холодно в серверной? — Температурный режим для серверной — 18–22 градуса, так сервера себя комфортнее чувствуют. — А вы знаете, что компьютеры лучше работают при температуре в 45 градусов? У них там специальные датчики стоят! Включите батарею, а то оборудование обморозите.
Фриланс, говорите? У нас в городе, одном из самых больших в России, до 2004 года не было адекватного анлима. Как только подобные услуги появились, папа-айтишник тут же подключился к интернету. Одноклассники, прознав, что я могу найти в сети практически всё, что угодно, начали просить отыскать «ту редкую песню». Я и находил, а в качестве оплаты просил шоколадку или пиво.
Прошло пять лет, я заканчиваю универ, но всё так же ищу знакомым «сабы для того аниме», «крутой фильм, только ашдэ» или «Слипкнот в лосслесс». Модем знай себе качает, а я бухаю бесплатно.
Работал я «программистом» в художественной школе: компьютерный класс, машин пятнадцать по кабинетам и полная компьютерная безграмотность преподавателей.
У директора в кабинете поставили полутораметровый телевизор. Я подключил к нему видеомагнитофон, DVD и системник. Всё бы ничего, но пришлось писать инструкцию, чтобы директор пультом могла изображения с разных источников выводить, а в начале следующего учебного года писать её же ещё раз — за лето потерялась... Две кнопки запомнить людям творческим невозможно.
Завуч зовёт к себе — нужно делать презентацию. Вроде как всё нормально, все фото подготовлены, текст составлен. Тут она достаёт листы А4, а там презентация нарисована: фото, конечно, в виде набросков, но фон, шрифты и текст сделаны очень старательно. Восемнадцать листов!
— А почему вы сразу в PowerPoint не сделали, проще и быстрее ведь? — Да оно мне надо — в ваших кнопках разбираться?
Зовут из театрального кабинета — звука нет, детям танцевать надо. Пришёл, воткнул активные колонки в розетку — танцуйте, дети, на здоровье!
Меня преподаватели считали кем-то вроде гремлина, заставляя подключать системники с интегрированным видео к телевизору, имеющему только SCART-разъем на вход, включать и настраивать светомузыкальный пульт, ставили в тупик требованиями запустить принтер, который пять лет простоял на складе, без картриджей и провода. Любое недовольство с моей стороны вызывало лишь крики о саботаже учебного процесса.
Был отличный случай, когда в компьютерный класс привезли новые машины. Я поставил по две учётки: преподаватель (под паролем) и ученик (без пароля). Неделю меня не было. Всё это время один комп простоял без дела, потому как один шустрый ученик поставил пароль на учётку, и все три преподавателя компьютерной графики не знали, что дальше делать.
Решил я, что люди искусства выше компьютерной грамотности, потому как только плебеям в компьютерах разбираться положено.
Знакомый студент поинтересовался у меня расцветовкой обжимки Ethernet-провода. Обычное дело, в общем-то, если бы не одно «но»: в течение недели он раз пять переспрашивал. На просьбы выдать мне кабель, чтобы я сам обжал, он тушевался и придумывал отговорки.
Возникли страшные подозрения. Оправдались они через неделю, когда знакомый наконец сдался и привёл меня в своё общежитие. В качестве витой пары пятой категории использовались... четыре пары телефонной лапши, заплетённые в косичку. Витая пара — не обманул студент! Удивительно, но обжат «провод» был правильно.
Захожу в ГИИ (группу инженерной информатики). Возвращается инженер Лёха из абонентского отдела и говорит: «Показываю новую фишку от %ИмяОтчество%».
Лёха садится за комп и делает заготовку к шоу-программе: запускает Эксель, набирает в столбце A какое-то слово и сдвигает его пробелами до столбца D. Потом кликает мышью в область слова — курсор попадает в столбец D. Лёха начинает неистово долбить по клавишам Backspace и Delete, при этом кричит, изображая интонацию сотрудницы:
Мокрая тряпочка и ноготь? Лет пятнадцать назад я собрал другу компьютер. Через какое-то время он пожаловался, что курсор рассинхронизировался с мышкой. Посоветовал почистить — он обещал попробовать. Чуть позже позвал в гости — чайку попить да на всякий случай проверить, как он с мышкой расправился.
Захожу к нему, разбираю мышку. Сначала офигел я, через минуту — он. Я офигел, заметив, что вся грязь, собравшаяся на роликах, была тщательно обработана, но не снята. Он же в изумлении смотрел на то, как я двумя движениями сдираю с тоненьких роликов всё то, чему он днём ранее почти час надфилем придавал форму аккуратного веретена.
Я учусь на инженера, и C++ является обязательным предметом. Раз уж пошло столько историй про главных врагов айтишника, расскажу о мнении моего профессора по этому поводу. Он говорил, что врагами являются не столько необразованные юзеры, сколько полуобразованные. Проблема в том, что живут эти полуобразованные под девизом: «If it ain't broke, take it apart and find out why» («Если что-то работает — разбери на части, чтобы понять, почему оно не ломается»). Отсюда и вытекают самопальные (порой варварские) модификации и понятные одному юзеру настройки софта. Бойтесь недоучек, которые думают, что знают, что они делают!
Я учитель информатики в школе. В половине третьего вбегает завуч — до четырёх нужно снять и отправить в другую школу ролик о детской самодеятельности. Ни сценария, ни требований к видео (формат, вес файла, время) — ничего нет. Известно только, что «там склеят в один ролик с другими клипами».
Ладно, сняли. Отправили в MPEG в большом разрешении, проверив, чтоб диск читался. Через день звонит руководитель проекта, которая сама взялась собирать ролик. Сначала гордо объявила, что она не специалист и «не умеет это», а потом было следующее:
— Ваш файл защищен от записи, полосочка доходит до середины! — Какая полосочка, где? — Я не специалист!
— Мне другие школы прислали в Винампе. — Какой формат вам нужен? — Я не специалист!
— Ролик будет делать мой ребёнок. — В какой программе? — Я не специалист!
И этот человек руководит всей акцией! В ответ на мои робкие заверения, что и диск читается, и формат популярный, мне резонно ответили, что если со мной будут разговаривать «специальными терминами по русскому языку» (она преподаватель русского), то я тоже ничего не пойму.
О том, что любой тест ЕГЭ по русскому языку (моя слабость) я легко прохожу без ошибок, да и преподавать его мне доводилось, я упоминать не стала...
