Торговая сеть, принимая кредитки через Сбербанк, решила принимать ещё и локальные карты банка «X». Конфигурация: кассовое ПО — DOS; ПО Сбера и банка «X» — DOS-модуль на кассе и Windows-сервер в ЛВС.
Для исключения случайностей были устроены тесты. Диалог кассового ПО с программным комплексом банка «X» во время крэш-теста изрядно повеселил. Восстановлено по логам ККМ и процессинга.
Кассовое ПО — DOS-модулю: «Провести покупку на сумму 50000 руб. по карте N!»
DOS-модуль — Windows-серверу: «Провести покупку на сумму 50000 руб. по карте N!»
Windows-сервер — процессингу: «Провести покупку на сумму 50000 руб. по карте N!»
Транзакция идёт около трёх секунд, и у нас есть время вытащить RJ-45 из кассы.
Процессинг — Windows-серверу: «ОК!»
Windows-сервер, поместив в свой буфер «ОК», DOS-модулю: «ОК!.. Эй, кассовый модуль! ОК, я тебе говорю!»
Касса молчит.
Windows-сервер — процессингу: «Отменить покупку на сумму 50000 руб по карте N!»
Процессинг — Windows-серверу: «ОК!»
И тут мы втыкаем RJ-45 обратно в кассу.
DOS-модуль (читает из буфера Windows-сервера): «Оплата — ОК!»
DOS-модуль — кассовой программе: «Оплата — ОК!»
Кассовая программа печатает чеки и слипы. Покупательница уходит с товаром и при своих деньгах.
DOS-модуль (читает из буфера Windows-сервера): «Отмена предыдущей операции — ОК!»
DOS-модуль — Windows-серверу: «Какая ещё операция? Что-то с буфером у тебя не то. Очистить буфер!»
Три раза проверили (главное в результате — воспроизводимость). Хорошо, что сервисы, висящие на тестовых портах, снимают с карты лишь тестовые рублики…
Стою у клавитуры охранного прибора. Мозги кипят, нервы заканчиваются: очень древняя система слегка глючит и никак не поддаётся настройке. В руке телефон, на том конце консультирует коллега, хорошо знающий эту панель. В две головы не можем победить. За спиной три тётушки из категории «Я работаю тут уже шесть лет и лучше вас знаю эту систему» негодуют: их ожидание длится вот уже двадцать секунд.
— Если вы не знаете, что делать, отойдите и не мешайте. Нам надо сдать на охрану! — Секундочку. — Молодой человек, вы не поняли: нам надо сдать на охрану. Отойдите! — Подождите немного, мы заканчиваем. — Зачем вы вообще трогаете? Не трогайте эти кнопки, они не нужны. — Подождите полминуты, я закончу работу, и вы сдадите на охрану. — Как вы закончите, если вы не те кнопки нажимаете? Лучше давайте я вам покажу, по телефону вам не объяснят.
Включаются две другие тётушки и начинают поддакивать. Извиняюсь перед коллегой, кладу трубку, выхожу из режима программирования и отступаю. Тётя подбирается к клавиатуре, победно ворча:
— Я тут давно работаю, надо меня сразу пустить было, стоят тут…
Остальные вторят:
— Да-да, а то тут так до утра простоим… — Автобус скоро, мы не можем стоять…
Наблюдаю. Тётя набирает размашистыми и чёткими движениями пароль (так, что все окружающие его видят), игнорирует надпись «[*] To Arm», означающую, что нужно нажать звёздочку для постановки под охрану, и жмёт стрелку вправо. Меню переходит с нужного пункта на пункт «[1] For Other Options». Тётя жмёт звёздочку. С чувством собственной важности, ощущая себя победителем в схватке со всем мировым невежеством и необразованностью, она поднимает глаза к ящику, висящему над клавиатурой, и ждёт, когда загорится лампочка напротив названия её бокса. И-и-и… ничего. Точнее, прибор пищит на отказ (нет доступа у неё к этому пункту меню) и вываливается обратно к «Enter code to arm system».
Секунда ожидания, ещё одна, третья, четвёртая. Просто феноменальная выдержка — обычно их хватает секунды на три.
Тётя нервно возвращается обратно к клаве — и снова 1-2-8-7-вправо-звёздочка. И снова ничего.
Минус одна секунда от времени ожидания — и всё повторяется.
Затем снова, но уже с комментариями и поддакиваниями на тему идиотов охранников.
Не дожидаясь эмоциональной разрядки, преграждаю ей путь к клавиатуре и предлагаю сделать ещё раз вместе:
— Позвольте, я вам помогу. Здесь нужно делать немного по-другому. — Я знаю, как надо делать! Я делаю всё правильно, система просто не работает. — Просто наберите код, я дальше подскажу.
1-2-8-7-вправо-звёздочка. Отказ.
— Я же говорю, что не работает! — Просто код и ничего больше.
1-2-8-7-вправо-звёздочка. Отказ.
— Наберите, пожалуйста, только код, ничего больше не нажимайте. Код — это первые четыре цифры. — Да знаю я!
1-2-8-7-вправо… Перехватываю руку.
— Вот смотрите: у вас написано «To Arm». Когда написано «To Arm», нажимаете звёздочку, а если не написано, тогда нажимаете стрелочку, пока не появится «To Arm», и тогда нажимаете.
Возвращаю к нужному пункту, нажимаю звёздочку. Система встаёт на охрану.
Тётушки по одной подходят, медленно повторяют весь алгоритм, но без стрелочки, и удаляются на автобус, бормоча в три голоса: «Какого чёрта снова всё переделали? Сколько можно, почему нельзя просто сделать и не трогать?»
Я ударяюсь пару раз головой об гипрочную стенку возле клавиатуры и зависаю на мгновение, уперевшись лбом в стену. Я устал. На плечо ложится рука охранника, подошедшего где-то в середине действия:
Тенденция нынешнего века — как можно больше функций того или иного агрегата перекладывать на плечи электроники. Это на руку производителю, но вот тем, кому с этой техникой приходится работать, и тем, кому её нужно ремонтировать, тенденция мешает, причём проблемы уходят далеко за рамки IT.
На BMW 525i 1997 года выпуска, доставшемся брату от отца, не горят обе фары дальнего света. Лампы вполне исправны — нет напряжения на разъёмах. Разумеется, как любой нормальный человек с опытом ремонта автомобилей, предполагаю, что виноват предохранитель. Поиски вылились в настоящий многоэтапный квест. Сначала мы не могли найти главный блок предохранителей. Ни под капотом, ни в салоне (как оказалось, лишь на первый взгляд) его не оказалось. Гугл, великий и могучий, ради которого пришлось сбегать наверх в квартиру, сообщил, что искомый блок расположен в нише бардачка.
Далее последовало глубокомысленное изучение списка предохранителей на немецком языке. Так и не найдя ничего, хотя бы отдалённо похожего на искомое, я снова пошёл к компьютеру, быстро отыскав в интернете этот списочек на английском, что, впрочем, также не помогло внести ясности: ничего подобного нужному, кроме таинственного «Light Control Module», защищаемого двумя предохранителями по пять ампер, там не было, поэтому пришлось идти в квартиру в третий раз.
В итоге выяснилось, что в этой машине нет ни одного предохранителя фар или вообще каких-либо внешних огней: всем заведует тот самый Light Control Module, управляющий фарами через силовые транзисторы, и сам определяющий замыкания и прочие неисправности. В рекомендациях к устранению проблем со светом одним из первых пунктов значилось до боли знакомое: «Try rebooting your car». Закройте все окна и высадите ненужных на данный момент пассажиров, блин — и это в машине четырнадцатилетней давности! Что уж тут говорить о современниках, у которых уже даже педаль тормоза физически с тормозным цилиндром не связана, а скоро и руль туда же последует…
Фары, кстати, в процессе ковыряния с предохранителями мистическим образом загорелись. Чую бесовское, но обосновать пока не могу.
Ночью сел аккумулятор на китайском айфоне, и аппарат отключился. Китайцу пофиг на то, что он выключен: будильник должен звенеть!
Чтоб отключить звонок, надо нажать виртуальную кнопку «Стоп». Слетела калибровка экрана, из всех кнопок работает только «Вкл.», она же «Домой». Включиться китайцу заряда не хватает, и он благополучно вырубается. Будильник через минуту начинает орать снова, но недолго — батарея в ноль.
Ставлю на зарядку. Через минуту один за другим звенят два будильника. Жму кнопку включения. Заряда не хватает. По прошествии минуты звонит будильник, и телефон опять гаснет.
Пилочка для ногтей — оно, конечно, брутально, но функционал не очень. Я поразился тому, что можно сделать с помощью «викторинокса» — того самого, каноничного, о 14 предметах. Ножу моему идёт четвёртый год. Когда подарили, просто порадовался, но это было только начало.
Два вида отвёрток позволяют полностью разобрать любой комп; большая прекрасно выкручивает болты из стоек. Малым лезвием ножа замечательно разделывается витая пара, про большое лезвие не говорю даже. При помощи ножовки по дереву можно откромсать кусок практически от чего угодно. Ножнички подходят как для маникюра, так и для электротехнических работ, а ещё ими очень удобно замыкать зелёный провод с чёрным в гребёнке АТХ. Напильник позволяет легко скруглить края поганого китайского корпуса или наточить топор. При помощи стамесочки из пивной банки делается мелкий трафарет для нанесения меток. Шило-бур делает аккуратные отверстия вариабельного диаметра в любых не слишком твёрдых материалах, вырезая, а не протыкая.
Терял я его уже раз десять, честного труженика. Находил быстро, кроме последнего раза, когда за две недели успел нож оплакать и смириться с тратой пары тысяч на новый. Пытался вспомнить, где мог его выронить, жалел, пока не нашёл его, спокойно лежащего в одной из серверных, где я бывал чаще по удалёнке, чем телесно.
Только в России… Нет, на этот раз история не о правительстве и не о постсоветской ментальности.
Только в России человек может быть разбужен в полтретьего ночи только потому, что в Америке кто-то решил позвонить соседу, а система распознавания рукописного ввода приняла единицу в коде страны за семёрку.
В немецкой компании со смешным названием мы делаем промышленных роботов, главным образом для автомобилестроения. Лет пять назад к нам приехала съёмочная группа познавательного телеканала снимать кусок передачи про роботов. Ребята-журналисты довольно толковые, куда не надо, не лезут, вопросы задают умные. Договариваемся о красивой сцене: журналист идёт по цеху, что-то рассказывая. Слева приезжает огромный жёлтый манипулятор со стаканом газировки. Журналист берёт стакан, делает глоток, отдаёт. Манипулятор, хитро изгибаясь, уезжает; журналист идёт дальше. Справа приезжает другой манипулятор с вазочкой фруктов.
Отлично, реализуется всё это на фотоэлементах. Как только журналист заступает за полосу на полу, первая рука подъезжает на позицию за 30 см от полосы, ждёт 10 секунд и уезжает. Со второй рукой всё точно так же.
На съёмках всё пошло чуть не так. Бедный журналист сделал лишний шаг за полосу. Результат: в кадре стоит человек, откуда-то справа вылетает огромная жёлтая клешня и бьёт его в печень. Человек сгибается, делает два шага вперёд и получает хук слева в челюсть от второй такой же клешни.
К счастью, журналист не пострадал, но от идеи взаимодействия с роботами в кадре мы решили напрочь отказаться.
На днях у нашей «железной бабушки» (электронного оператора, который принимает объявления о продаже автомобилей в воронежское специализированное издание) состоялся первый контакт с близким по разуму виртуальным существом.
Клиент, позвонивший в колл-центр и переключившийся на электронного оператора, после первого вопроса ушёл на вторую входящую линию. Наша «железная бабушка» вместо названия марки авто услышала стандартное обращение робота, обслуживающего подобные случаи в сети сотового оператора: «Абонент занят, пожалуйста, подождите». Получив столь неожиданный ответ на вопрос о марке автомобиля и подумав несколько секунд, «бабушка» робко переспросила: «„Додж“. Да?» Представитель сотового разума несколько удивился. «Абонент занят, пожалуйста, подождите», — недоуменно повторил он. Снова пауза, после которой «бабушка» ещё менее уверенно уточнила: «„Додж“... Да?» На другом конце удивились, но настаивали на том, что абонент занят.
«Бабушка» приняла решение пойти другим путём и разъяснить свою позицию подробнее. «Не удаётся распознать ваш ответ. Постарайтесь говорить чётче», — наставительно произнесла она. Собеседник, видимо, предположил, что проблема в выборе языка общения, и предпринял попытку использовать международные стандарты: «Please, hold on the line».
Наша «бабушка», буржуйским манерам не обученная, потихоньку начала отчаиваться. От безысходности она решила попробовать всё с самого начала и с надеждой в голосе снова предложила: «Назовите марку автомобиля». Робот-собеседник, уже заикаясь и через слово сбиваясь на английский «hold on», не оставлял попыток выговорить фразу про занятого абонента...
На четвёртый (или пятый?) раз, видимо, поняв, что контакт как-то не задался и грозит уйти в бесконечный цикл, представитель сотового разума завис и через некоторое время отключился. 1:0 в пользу нашей «железной бабушки».
Купил себе принтер с вайфаем, чтобы с нескольких компов печатать без проводов и держать его в удобном месте. Этот девайс при настройке полез в интернет и зарегистрировал себе e-mail, чтобы можно было отправлять задания на печать откуда угодно. Боюсь, что скоро он меня добавит в фейсбуке и будет слать истории обо мне на «Задолба!ли».
