Недавно мне принесли ноут Acer Aspire 5315. Симптомы: не включается вообще, только индикатором питания светит да жёстким подмигивает. Хозяин поставил такое условие: если ремонт не ограничится заменой пары деталей ценой до семи килорублей, ноут остаётся мне на запчасти.
Вскрыл пациента, раскрутил собственный RoverBook, стал перекидывать детали в Acer. Оператива — нет эффекта, жёсткий — та же песня... В общем, поотключав всё отключаемое и заменив всё заменяемое, я результата не получил — похоже, что-то стряслось с материнкой. Ясен пень, менять мать на довольно-таки старом ноуте дорого, проще новый купить (что хозяин уже сделал), посему Acer достался мне.
У моего боевого Ровера уже с год назад треснул и потёк экран. А тут чудо какое — целёхонький экран, да ещё впридачу вайфайный модуль, запасной дисковод и хард на 80 ГБ. На экране я и сосредоточил своё внимание. Разобрал Acer, снял крепежи с матрицы, вынул её и сравнил с Роверской. Результат разочаровал: матрица Эйсера была на два сантиметра шире и на один выше моей, а также подключалась к материнке совершенно другим коннектором. Копнув глубже, я выяснил, что новую матрицу всё же можно подключить к моему ноуту — коннекторы на самих матрицах оказались одинаковы.
Завожу свой ноут... Работает! Чистенько, гладенько. Однако к нежной и хрупкой матрице всё же полагалась крышка. Тут я пустил в ход тяжёлую артиллерию — ножовку по металлу и тиски. На маленькие гайки, прикрученные к петлям крышки, у меня не нашлось ключа — выкручивал с помощью тисков. Нижнюю часть петель от Ровера соединил с верхними от Эйсера. Подогнал по ширине, прикрутил к крепежам матрицу, соединил все провода, прикрутил крышку от Эйсера. Пробный пуск — все работает! Если бы у профессора Франкенштейна был ноутбук, он выглядел бы именно так: нижняя часть от одного, верхняя от другого, в закрытом состоянии видно, что верхняя больше. А ведь совсем недавно я мастерил зарядные устройства из мышиных хвостов...
Петербург. То время, когда вторая половина Вантового моста не была достроена, и в означенном участке кольцевой полос движения было всего две в каждую сторону. Где-то впереди случается ДТП, и грузовик перегораживает собой всю дорогу. Результат — пробка на два часа.
Вокруг куча машин, все гуляют, что-то обсуждают, курят. Я — в числе застрявших водителей. Рядом со мной стоит грузовичок Scania, у которого из-под кабины (там, где расположен крепёж прицепа, над бензобаком) торчит USB-удлинитель. Времени было много, любопытства тоже, и я разговорился с водителем.
Оказалось, что у того сломалась сигнализация, времени и денег на установку новой не было, а оставлять машину с ценными грузами без надёжной охраны не хотелось. Его рукастый сынок-компьютерщик за один вечер присобачил папашке в бардачок небольшой Acer Aspire Revo с установленным на него линуксом, спаял какую-то плату (в электротехнике я не силён) и написал хитрый скриптик, который проверяет наличие флешки в упомянутом USB-разъёме. Флешка специальная — с шифрованным паролем.
После втыкания флешки и проверки пароля умная техника открывает замки на дверях и позволяет включить электронику, в том числе и стартер. По словам дальнобойщика, малопрожорливый компьютер может работать от аккумуляторов грузовика целую неделю.
Весна, лето близится. Зацвели деревья, вылезли насекомые, в частности, комары. Никого в доме это кровососы не беспокоят, а меня просто достают. Причем даже не кусают — издеваются: подлетают к уху, я просыпаюсь, дёргаюсь, они улетают. Фумигатора нет; на утро забываю, что нужно купить.
Второй час. Третью ночь подряд не дают уснуть гады. Перерываю шкафчики в поисках хоть чего-то антикомариного. Нахожу пластины для фумигатора — а толку с них?
Решение пришло неожиданно: взял отвёртку, снял кожух с роутера, который стоит в спальне, и положил пластинку на самую горячую микросхему. Через пять минут начала распространяться блаженная вонь. Вот такой у меня роутер: и интернет раздаёт, и баги, то есть комаров, отгоняет.
Старый хард со слетевшим контроллером, но рабочим приводом вполне может служить и точилкой для карандашей — достаточно снять крышку и оклеить блины мелкой шкуркой.
Позавчера я зацепился ногтями за ковер и полчаса искал ножницы. Не нашёл. Нешаблонно пораскинув мозгами, я вполне качественно сумел обстричь ногти на ногах обжимкой.
Намедни главный юрист попросил: «Взгляни на сейф, а то не закрывается!» Надо сказать, что с сейфами я не знаком, работаю админом, но отказать не смог из-за отсутствия работы и наличия свободного времени.
За пять минут нахожу платёжки на покупку сейфов, узнаю производителя и модель. Ага, инструкция в сети есть. И что же я вижу? «Сейф закрывается автоматически через 5 секунд после закрытия дверцы». Хм... Посмотреть, говоришь?
Прихожу: «Где пациент?» — «Под столом». Смотрю — дверца открыта. Закрываю, смотрю на сейф пять секунд. «Открывай!» — командую юристу. Естественно, дверца оказывается закрыта. Глаза, полные святого ужаса: «Ты как это сделал?» — «Посмотрел... Ты ведь просил посмотреть?»
После этих слов юрист стал напоминать краба. Поняв, что шутка затянулась, и человек вот-вот приобретет стойкую веру в сверхъестественное, я решил его успокоить и раскрыть «великую тайну пяти секунд». Юрист этот — человек позитивный, но шило в попе не даёт ему жить спокойно.
Все тут про компы и банкоматы пишут, а у меня рассказ про пульт-табло дежурного по станции. Такая схема путей станции в лампочках и кнопочках.
Я тогда только начинала свою трудовую деятельность после «фазанки». Работа посменная: день, ночь. Днём вся техника вела себя прилично; если что и случалось, то спецы были в зоне доступности, и всё исправлялось моментально. Веселее было в выходные и по ночам. Был у нас дежурный СЦБист, назовём его Мишей, но он тоже человек, поэтому, живя неподалёку, он обычно занимался своими делами, а ночью спал. Вот тогда и начиналось веселье: все пути станции на пульте резко начинали моргать красным, приготовленные маршруты показывали ложную занятость, открытые светофоры меняли показания на запрещающие. Короче — полный капец, особенно если на подходе пассажирский. Мои действия: проверяем маршруты, нажимаем пару волшебных кнопок, если не помогло, звоним Мише и срываем его с жены (или как уж повезёт).
Я в кабинете одна, кабинет на втором этаже, внизу хлопает дверь, пульт, резко мигнув разноцветьем встроенных огоньков, включается в рабочий режим, и к моменту, когда заходит Миша, всё уже хорошо: маршруты открыты, никаких недоразумений. Миша проводит осмотр места преступления и выносит приговор: «Дура молодая, сама ничего не может, только людей от дела отрывает», — и со спокойной совестью удаляется. Только внизу хлопает уличная дверь, как пульт начинает дрессировку: поморгает красненьким, перекроет пару-тройку светофоров — и опять хороший, как будто ничего и не было.
А апофеозом была ночь с субботы на воскресенье. Мне повезло: работы было немного, а в кабинете со мной сидели приемосдатчица, вагонник и два составителя — свидетелей, в общем, было предостаточно. На подходе скорый пассажирский, маршрут сделан, светофор открыт. Ни с того ни с сего все пути начинают моргать красным, перекрывается входной, потом опять открывается. Машинист пассажирского по рации кричит дурным голосом: «Дежурный, что за шутки?!» У меня истерика, пока лёгкая — только заикаться начала. Сидящие вокруг в шоке. Дрожащими руками набираю номер СЦБиста и пытаюсь обьяснить ему, что я не дура, а оно так само получилось и ни на какие кнопочки не реагирует. Рядом сидящие хором кричат то же самое, на что Миша рыкает: «Ща буду».
Ждём, пульт весь красный, я со смехом сообщаю народу, что как только внизу стукнет дверь, всё само починится, и умоляю народ заступиться за меня, когда Миша будет обзываться. Понятно, мне никто не верит. Через пару минут дверь хлопает, пульт резко меняет цвет, всё становится, как должно быть. Составители начинают ржать. Я подначиваю всех: а вы мне, мол, не верили! Все замерли и набрали в легкие побольше воздуха.
На пороге возникает местный бомжара: «Дайте стаканчик, пожалуйста». Пульт начинает обиженно моргать. Снова все пути красные, светофор опять перекрылся. Народ в осадке, бомжику подарили стакан и выгнали. Я всем: «Ну и как? Что делать будем?» В это время внизу опять хлопает дверь, кто-то смеётся: «Опять бомжик». Все взгляды устремлены на пульт: переключится или нет? Начинаем истерически хихикать. Пульт красный, на лестнице слышны шаги, вот-вот откроется дверь. Все замерли, пульт всё еще красный.
За дверью слышится голос Миши: матюгнулся, споткнувшись об оставленный бомжиком мешок. Пульт резко заморгал, переключился в рабочий режим и, как послушная школьница, замер. Открывается дверь, на пороге появляется зверское лицо СЦБиста. Как вы думаете, что он увидел? Правильно, работающий в штатном режиме пульт и пятерых человек, бьющихся в истерическом припадке. Убедить Мишу, что мы подняли его с постели в два часа ночи по необходимости, ни мне, ни всем присутствовавшим не удалось.
В 2001 году я поступил в институт, и родителей удалось развести на новый компьютер. Учёба, мол, дело ответственное — всякие там курсовые-лабораторные работы, черчение. В общем, без самого-самого компьютера было не обойтись. В итоге был куплен четвёртый пентиум в топовой комплектации. Естественно, для курсовиков была необходима новейшая видеокарта, в роли которой выступила GeForce 3 Ti200 — лучше тогда была только Ti500, но и стоила она раза в два дороже при незначительно лучшей производительности.
По прошествии полугода, когда все игры были пройдены, мне захотелось увеличить производительность своего компа для «офисных приложений». Начитавшись интернета, решил я перепрошить видеокарту, превратив её в Ti500. Пацан сказал — пацан сделал. Установил другой BIOS, карта прекрасно заработала на повышенных частотах, но работала не более 5–10 минут — перегревалась. Смена кулера не помогла, да и компьютер, работающий громче пылесоса, меня как-то не очень привлекал, так что, опять начитавшись интернета, задумался я о водном охлаждении. Так как бюджет покупку не предполагал, решил я обойтись подручными средствами — мастерить с детства любил.
Я начертил эскиз водяного блока, который должен был занять место штатного радиатора, и отдал знакомым на какой-то завод. Купил аквариумный насос, канистру на пять литров и шланги от какой-то самогонной установки. В итоге после сборки этого чуда на стяжках и скотче всё прекрасно заработало — пять литров воды насос гонял по кругу через теплообменник, установленный на чипе видеокарты, а для пущей уверенности я добавил ещё и модуль Пельтье. Прошло уже девять лет, а всё до сих пор исправно работает — знай только воду меняй, когда зацветёт!
Закат социализма. На свободной паре я пришёл в соседний корпус к соседям по общаге, обучающимся на родственной IT-специальности АТ (автоматика-телемеханика) на лабы по робототехнике. Задача на сегодня — запрограммировать железяку с клешнёй, чтобы она куда-то там выставилась, что-то подняла, повозилась с ношей, перенесла и положила.
Набор программы в память робота — практически двоичный; используется устройство, похожее на старую механическую кассу в магазине. После запуска робот выдвигается на половину лаборатории и начинает судорожно шарахаться и угрожающе клацать клешнёй. Подгруппа студентов привычно отбегает в угол помещения в недосягаемость от клешни, вяло обсуждая, какая сволочь, не обнулив программу с лабораторной предыдущей подгруппы, сверху в память набила новую. Общее мнение было таково: «Фигня, программа короткая, скоро оно успокоится, до конца пары время есть».
На нашей специальности это называлось отладкой. Но Паскаль-то так клешни не распускал!
