Пару дней назад приобрёл себе большой сенсорный мультитач-экран. Он такой большой, что пришлось отодвинуть всё, что находилось рядом, и такой сенсорный, что мелкого брата близко подпускать нельзя. Я долго баловался с этой штучкой. Всё-таки очень здорово, к примеру, вертеть гуглокарты в разные стороны — чувствуешь себя почти что персонажем какого-нибудь очередного голливудского блокбастера про недалёкое будущее. А уж как удобно сёрфить в сети и рисовать, я вообще молчу.
Пригласил друзей, похвастался. Один из них, увлекающийся восточной философией, неожиданно заявил, что как-то не по фэн-шую стоит мой любимец, но, конечно, никто не обратил на это внимания. Прошла пара дней. Ни с того ни с сего с дисплейчиком стало происходить что-то странное и необъяснимое. Началось всё с того, что он просто перестал отвечать на нажатия, целиком или частично: реагировал, как повезёт. Курсор влево, курсор вправо — движения выполняются, но сам курсор по одному ему известным причинам остаётся на экране сверху.
Я начал рыться в многочисленных инструкциях, описывать проблему на форумах. Дважды переставил драйвера, и скачанные с сайта, и найденные на диске прибора, аккуратно вычистил тряпочкой всю инфракрасную рамку. Не помогало ничего. С мыслями о скором путешествии моей прелести в гарантийный ремонт я скрутил монитор со стола и отнёс его к другому компьютеру. О чудо — он заработал! Попереподключав моник туда-сюда, с удивлением я обнаружил, что не работает он не просто так, а в конкретном месте и в конкретной позиции — на моём столе. Сразу вспомнились слова друга про фэн-шуй. Нет, я слышал что-то о магии расположения вещей в доме, но не думал о том, что это относится к технике.
На деле всё оказалось гораздо банальнее. На столе, рядом с монитором, у меня стоит лампочка. Обычная такая суровая лампочка Ильича, которая, как и положено любой лампе накаливания, скорее греет, чем светит. Я не сразу вспомнил, что сенсор-то инфракрасный и чувствителен к теплу. Пока не включили отопление, в квартире было прохладно, и экран не успевал достаточно нагреться. Монитор начинал беситься в моменты, когда лампочка включена и светит практически в него.
Друзья, изучайте восточную философию. Похоже, только она может связать такие разные вещи, как отопление и мультитач.
В детстве я очень любил играть и купил китайский геймпад с нагло спёртым у контроллера PSX дизайном. Геймпад прожил невероятно долгую жизнь, при этом имел сногсшибательную вибрацию, от чего и помер: вибромоторы сорвались с пазов и перемололи всю начинку. Прощаться с ним было ну очень тяжко, поэтому я повесил старого друга за кабель на шкаф.
Прошёл год. Зачесались руки. Я разобрал геймпад и перепаял конструкцию: 5 вольт с USB подал напрямую к двум теперь уже накрепко приклеенным вибромоторчикам. В результате получился USB-вибратор. Поностальгировал и забыл.
Прошло ещё много лет. Работа. Проснуться трудно, будильника нет, телефон не спасает — всё время опаздываю. Эврика! Подключаем дребезг-машину к компу, ставим его включаться в восемь утра, кладём геймпад на стол. Проспать под такой тарарам мне не удалось ни разу.
Было это на заре моей молодости, когда я ещё не помышлял об IT-карьере, но компьютерные журналы и газеты уже просматривал. В одной из этих газет я увидел чудо-девайс: точилка для карандашей, соединяющаяся с компьютером по USB. Как-то раз, придя к своему товарищу, я увидел похожее чудо у него на компьютере: небольшой шарообразный гаджет с чёрным отверстием посерёдке и кабелем, идущим к компу. «Ох, ни фига ж себе, — сказал я, — USB-точилка!» Приятель уставился на меня недоуменно, потом засмеялся. Чудо-гаджет оказался обычной веб-камерой.
Я подрабатываю частным ремонтом телефонов. Около года назад друг подкинул мне «утопленника» — Samsung SGH-D820. «Если оживишь — твой, если нет — оставь на запчасти или как экспонат».
История такова: три дня телефон лежал на дне какого-то озера, после чего его таки выловили, но батарею достать даже не пытались. Разобрал, еле-еле выкрутив заржавевше-сгнившие винты. Плата была покрыта ровным слоем бело-зелёного налёта. Выкрутив (а один болт просто выломав) плату из корпуса, я без особой надежды протёр её спиртом. Большая часть налёта исчезла. Удивился, влил в недоступные места немного волшебной жидкости. Каково же было моё удивление, когда при включении питания загорелись кнопки на верхней панели! К сожалению, на этом волшебство закончилось — утопленник не сумел даже включить экран. Положил его целиком, вместе с экраном и платой, в глубокую тарелку, залил спиртом и оставил до утра.
На утро я без особой надежды протёр, просушил феном и собрал нашего «алкоголика». Разряд! «Самсунг» весело подмигнул мне белым экраном, и... ушёл в циклический ребут.
Дальше был долгий секс с прошивками, но это уже другая история. Телефон работает до сих пор, не вис ни разу.
Дело было во времена появления Pentium II — одних из первых массово продававшихся RISC-CISC-трансляторов, а не классических CISC-процессоров, как Pentium и Pentium MMX. Да, именно тогда свет увидели оптимизация очереди выполнения команд, подстановочные регистры и разбиение команд на подкоманды.
Писали мы как-то с одногруппником одну задачку на ассемблере x86. По нажатии определённой комбинации клавиш надо было вывести на экран надпись: «Привет от агента 009!» Задача простая: резидент с обработчиком прерывания от клавиатуры; перехват комбинации, вывод надписи на экран, задержка и её стирание методом восстановления того, что было под ней. Да, примитивно, да, клавиатура «вставала колом» на время этой задержки, но нам для изучения прерываний больше и не нужно было.
Надпись в упор не хотела выводиться целиком. «Привет от агента» появлялось, а «009!» — ни в какую. Было выпито много пива и потрачено полдня. Уже и задержку в пять секунд вставили — не хочет.
Прихожу домой, запускаю на своём компьютере. Работает, выводит строчку целиком. Оказывается, Celeron 333 приятеля оптимизировал код на лету, и первые 16 байт строки выводились сразу, а последние 5 — непосредственно перед стиранием. Естественно, их мелькание на экране было совершенно незаметным. Мой же старенький Pentium 200 MMX ничего не изобретал — выводил всё целиком, а только потом исполнял цикл задержки. Стоит ли говорить, что ещё более древний институтский 80286 тоже не стал ничего изобретать, и лабу мы защитили успешно?
Дело было еще в Советском Союзе, когда при слове «электроника» благоговейно трепетали. Завидя некий электронный агрегат, работяги реагировали примерно следующим образом: «У-у-у, электроника! А давай-ка мы по ней кувалдой ударим, что будет?»
На одном АТП внедрили систему электронного заполнения путевых листов. Процесс заполнения путевых листов шайтан-машиной проходил так: в щель агрегата просовывался бланк путевого листа, внутренности гремели, звенели, и после изъятия путевого листа работяги лицезрели выбитые время-дату. Когда на предприятии появился чудо-агрегат, водители не обрадовались: ни тебе премиальных, ни левака. С человеком, заполняющим бланки, всегда можно было договориться, а с электроникой...
Недолго длилось горе шофёрское. Придумали они, как обойти систему. В щель автомата мужики всунули вместе с бланком лист жести. Автомат крякнул и заглох.
На этом опыт внедрения системы электронного заполнения путевых листов закончился. Следующая попытка была уже в новом веке.
В туманных восьмидесятых я работал в конторе, что разрабатывала электронные девайсы, в том числе и для несокрушимой и легендарной. Где-то через месяц после отправки на испытания мощного тропосферного радиорелейного комплекса из воинской части с соответствующим номером пришло письмо, сразившее всех туманностью формулировок. То есть как бы понятно, что речь идет об этой самой релейке, но больше не понятно ничего. Неясно, ни чего хотят, ни в чём проблема.
Недоумение рассеял весьма умудрённый как жизненным опытом, так и Вооружёнными Силами главинженер. Рассеял, надо заметить, радикально:
— Что ж тут непонятного? Всё предельно прозрачно! Перевожу: аппаратуру нашу они запустили и опробовали. Она им даже нравится. Они уже с её помощью угнали спутник-шпион и посадили вслепую вертолет на палубу рыболовецкого сейнера. Но вот как её использовать в качестве связной радиостанции, они пока не понимают.
Как только люди не извращаются, чтобы заставить свои кремниево-текстолитовые безделушки работать! Но собрать компьютер с бензопилой в качестве аварийного источника электроэнергии догадался только наш деревенский Левша. Мы полдня сидим без света, а этот умелец заводит двигатель, выставляет обороты и под громкое тарахтение смотрит давеча скачанную порнуху. В случае необходимости он просто ставит шинку и цепь пилы на место и идёт дрова пилить.
Моя мать является счастливой обладательницей беспроводной мыши — вполне симпатичного грызуна с зарядкой от «базы». Зверь был подарен коллегами и используется на рабочем месте. Однако у него есть небольшой изъян: как и 90% всех товаров на нашем рынке, он китаец, поэтому имеет заводской дефект и наделён бессмертной душой.
Началось с того, что в один прекрасный момент мышь превратилась в тыкву: на нажатия не реагировала, сенсор не светился. Мать принесла мне её с криками: «Сделай что-нибудь, мужчина ты или где?» Начитавшись о качестве китайской пайки, полез проверять контакты: провода держатся нормально, а больше я со своим экономическим образованием всё равно ничего не могу сделать. Ладно, пусть послужит ещё зарядником... Собрал, вставил батарейки — работает! Видимо, один из проводов был с дефектом, при сборке я его сдвинул, и контакт появился. Вернул, забыл.
Примерно через три месяца аналогичная жалоба. Вставляю заведомо заряженные батарейки — работает. Меняю их на родные — работает. Мистика... Возвращаю хозяйке.
С тех пор прошло около года, но мышь приходит домой с интервалом в пару месяцев. Никакие шаманские пляски не нужны — начинает работать, стоит только вставить в домашний комп. Утром, подзарядившись, она отправляется обратно. Видимо, грустно бедной в бездушном офисе, хочется домашнего тепла.
