Есть у меня увлечение — исследовать различные операционки, в основном со стороны интерфейса. Интернет безлимитный, ограничение по скорости — 1 Мбит/с, однако это не мешает торренту и DC++ качать файлы со скоростями намного выше этого порога. Когда я в первый раз набрёл на ветку «Другие ОС и ПО под них» на крупном трекере, счастью моему не было предела: настоящий клад экзотических операционок! Изучил список, выбрал самые на мой взгляд интересные — получилось что-то около одиннадцати штук. Запихнул это всё в uTorrent, рассортировал по ориентировочному времени окончания загрузки. Смотрю я на это дело и понимаю — это тотализатор!
Android Live CD вырывает первенство у AtheOS! AtheOS снова вырывается вперед, вероятно, его поддерживает мощный сидер! Больше всего сидеров и пиров поддерживают Mac OS X Snow Leopard, но из-за её большого веса она идет лишь третьей, несмотря на то, что скорость на порядок выше скорости соперников. О! Давняя вражда OpenStep с Mac OS! Они каждую секунду вырывают друг у друга третье место!..
Тогда первой пришла BeOS. Ставки делали многие мои друзья.
В школьные годы я увлекался тремя вещами: компьютерами, исторической литературой и немецким языком. С компьютерами дружил постоянно и пробовал много разных ОС, и как-то посоветовали мне старшие товарищи поставить «фрю». Из прочтённых на тот момент книг по истории я знал, что в России словом «фря» в XVIII-XIX веках пренебрежительно коверкали немецкое «Frau» при разговорах о немецких аристократках и кронпринцессах при русском дворе. Я сделал вывод, что «фря» — система для девушек, о чём и поспешил сообщить старшим товарищам.
Долго обо мне потом ходил слух, что я настолько крутой, что для меня FreeBSD — «система для девочек».
В начале тысячелетия начинал я свое знакомство с Unix-подобными системами и ставил на домашнюю машинку FreeBSD. Что-то в установке пошло не так, и я отменил её. Машина пошла в перезагрузку; финалом было извлечение установочного CD и пауза в несколько секунд, чтобы забрать установочный «бублик».
В этот момент зашли в гости друзья. Жму им руки, и в этот момент привод выплёвывает диск. Без задней мысли кидаю в конец комнаты, где стоял комп: «Ну что вылез? Залезь обратно!» Reset — послушный драйв обиженно втягивает лоток обратно. Что тогда мне сказали друзья, не помню, но их физиономии навсегда остались в моей памяти.
Я когда-то работал админом в телекоммуникационном центре одного института. Это что-то вроде серверной, но серверов у нас было всего два, да и один из них был по совместительству моей рабочей станцией.
Руководство института пригласило священника, чтобы освятить помещения. Заходит он в нашу серверную и на моём экране воочию видит красного рогатого чёрта с вилами, прыгающего в темноте. Поп, выпучив глаза, усиливает громкость молитвы и одновременно набирает на веник побольше святой воды. Тут я понял, что зря всё-таки держу системник на столе, а его крышку под столом, и грудью встаю на защиту чуть ли не единственного в институте Pentium II MMX. Мне, к счастью, усиленный заряд святой воды не повредил.
Как-то настраивал веб-сервер, подключенный к локальной сети предприятия. Поднял систему, поставил Апач, SQL, Cамбу до кучи, чтобы народ со своих виндоус-машин мог на него файлы по локалке скидывать. Системник будущего сервера стоит у меня на столе, подключенный к моему монитору и клавиатуре (на сервер этого добра не выделялось за ненадобностью). Всё настроил, проверил. Последний штрих перед сдачей — открываю системник, выдираю видеокарту, переключаю монитор с клавой к себе и захожу через SSH с своего компа. Всё работает, я доволен. Можно уже домой идти, но я увлёкся и стал «наводить красоту».
Подкосило меня то, что эти же картинки я неоднократно наблюдал на этом же мониторе два предыдущих дня. Что-то правлю в настройках сети, кладу интерфейс, после чего сервак виснет — на экране тишина и ноль реакции на мои действия. Поматерившись, перегружаю сервер «ресетом». Загружается — все настройки в порядке, ничего критического я ведь не правил. Опять кладу интерфейс — висит. Перезагружаюсь, вспоминаю, что исправлял, возвращаю, кладу интерфейс... И так часа три-четыре.
Просветление снизошло внезапно. Разумеется, сервак вовсе не вис: он исправно отрубался от сети, продолжал работать, отрезанный от внешнего мира, и плевать хотел на мои судорожные попытки поднять его по сети. Мой же SSH-клиент, построенный в духе никсового интеллектуального минимализма, никак не комментировал разрыв связи с сервером, а при его повторном появлении в сети исправно подключался автоматически.
Было стыдно, тем более, что в отчаянных попытках восстановить систему я привел её почти что к изначальному виду. Исправлять пришлось уже на следующий день.
Дело было на первом курсе университета. Проходил у нас тогда практикум по Unix — мы писали скрипты, подключаясь к серверу через PuTTY. Мужская часть группы (12 человек), дружно игнорируя изучение awk и sed, во время практикума играла в Warcraft III.
Курс был интенсивный — четыре первые пары каждый день. Препод приходил лишь раз в неделю и смотрел результаты, что нам было весьма на руку. Сознательных же девчонок очень сильно смущал тот факт, что толпа пацанов с утра до ночи убивает «крипов» и не даёт заниматься самообразованием. Быстро смекнув, во сколько приползают «игрунки», девушки решили приходить в универ пораньше.
Естественно, однажды утром свободных машин нам не досталось. За десять минут был написан скриптик (таким образом, я, кстати получил знания об awk), который вытаскивал с сервера список пользователей и отправлял каждому файл с тысячей пустых строк. Крик, визг из машинного зала — конец всему, что сделано за утро! Прекрасная половина курса отправилась работать домой, а мы спокойно продолжили «творческий процесс».
Накануне написал несколько простеньких скриптов в пару строк, выполняющих стандартные команды, но обозвал их совершенно «неполиткорректно» и ввёл кое-где небольшие задержки перед выполнением команд для имитации «раздумий» машины.
На рабочем митинге вызвался порулить: подключил к лаптопу проектор и вывел изображение на большой экран, чтобы коллеги следили за тем, как я буду сервер настраивать, да учились, пока я жив.
Дальше события развивались примерно как в американских фильмах про хакеров, когда на черном экране зелеными буковками пишут непонятные слова, за три секунды подбирают любой пароль и входят в суперсекретные сети. Чтобы усыпить бдительность, начал скучно:
ps -ef | grep java cd ... ls ...
Все тоскливо смотрят на экран и зевают. Перехожу к «домашним заготовкам»:
# goddamit web server now you'll die!
Коллеги хихикнули — поняли, мол, шутку, продолжай уже. Но в этой шутке доля правды была как никогда высока, и после нажатия на Enter веб-сервер стал жалобно выключаться.
Коллеги в легком шоке. Корчу эффектную гримасу: «Фигасе! Что ваще происходит?!» Подождав завершения остановки сервера, написал как бы дрожащими руками:
# what da hell is going on?
Cервер прилежно вывел информацию о текущих задачах — вот, мол, что сейчас происходит. Коллеги «присели на измену». Я продолжал:
# come on now, restart comanche!
Cервер помолчал пару секунд и переспросил: — Do you mean Apache?
# yeah whatever! just restart it. # now what?
Апач запустился, и на экране опять появился список процессов.
# bring the web cube back up NOW! — Web cube? Do you mean WebSphere?
# alright, let it be sphere.
«Сфера» включилась.
# good boy! — Thank you, Master!
Коллеги бились в экстазе. Кто-то попробовал повторить, но фигушки — последняя команда потёрла все скрипты. Я молчал и хитро улыбался.
Работал я юникс-админом в одной достаточно крупной организации, известной своими жёсткими правилами в отношении сотрудников. Пришел на работу — нажми кнопку «Пришел» в соответствующем разделе интранета, собрался покурить — щёлкни «Отошел по личным делам». За опоздания наказывали баллами (срезали премиальную часть зарплаты) — в общем, всё серьёзно. Корпоративная этика в переписке была также на высоком уровне, ни у кого даже в мыслях не было допустить вольности в выражениях — всё пристально контролировалось службой безопасности.
Как-то сидим, админим наши сервера. Работа достаточно скучная, так как настроены они по всем «фэн-шуям» и вероятность факапа минимальна. Внезапно сонное лицо руководителя группы администрирования Unix-систем, оживает, и он помпезно изрекает: «%Adminname%, я считаю, что употребление слов „жопа“ и „косяк“ неприемлемо при постановке служебного задания».
Через минуту хохота %Adminname%, Oracle-админ, начинает оправдываться, что он скопировал в задачу кусок из своих ночных записей — в них было отмечено, что старт инстанса Oracle с такими-то параметрами и с использованием такого-то массива приводит к жопе с производительностью, и это явно косяк в Solaris!
