Админю в банке, заодно занимаюсь банкоматами. В офисе с профилактической очисткой всякой техники традиционно справляется пылесос, а с банкоматами немного сложнее: в полевых условиях приходится продувать их сжатым воздухом.
Утро понедельника. Новый бухгалтер забирает накладные за прошлый месяц. Через полчаса врывается с рёвом разбуженного медведя. Какими же бессовестными ворами выглядели в её глазах мы — люди, потратившие за месяц две тысячи рублей на покупку воздуха!
Двоюродная сестра Катерина, по совместительству моя лучшая подруга, в компах разбирается на уровне уверенного пользователя: и винду поставить, и сеть проложить. В своё время у них был один компьютер с младшим братом на двоих; братец любил поиграть, обладал безобразным складом характера и верхних конечностей и операционную систему ронял регулярно. Сама она по долгу службы — старший юрист на предприятии.
На дачных посиделках у общего друга положила как-то Катя глаз на молодого человека. Выглядел он странно: джинсы потёртые, свитер обвисший, сам небритый, но весёлый. В общем, ничего так. Сестра приняла его за программиста и в качестве предлога познакомиться, недолго думая, пригласила его компьютер починить: чёй-та, мол, он у неё барахлит.
На неделе молодой человек приехал. Непринуждённо поболтали, пошли компьютер глядеть. Что странно, парень сразу отказался от заранее заготовленного и охлажденного пива, попросив чаю. Выслушав внимательно и настороженно сестру, мастер отвёртки и бубна начал разбираться. Разбирался долго — с час. Не вышло. Повернулся к Кате с печальным видом и говорит:
— У тебя проблема большая, точнее, даже две.
Катя думает: какая там проблема? Дефрагментацию сделать да из папки авторана удалить специально добавленные проги. Что-то тут нечисто... А парень продолжает:
— Первая проблема — это то, что я ни фига не программист, умею только в Ворде печатать разве что. А вторая (вздыхает) — то, что ты мне нравишься, и я не знаю, что с этим делать.
Катюха в лёгком шоке. Получила, что хотела, а вот что с этим делать, тоже не знает. Кирилл, горе-программер, выручил:
— Я по другой части могу... Ну, вот чем тебе ещё помочь надо?
Катя открыла какую-то папку на столе и протянула Кириллу исковое заявление:
— На, вот на это отзыв нужен.
Парень сразу посерьёзнел, попросил тишины и ещё чаю. Когда Катюха вернулась с кружкой, он уже вовсю наяривал в Ворде со скоростью опытной машинистки. Страница была убористо исписана юридическими тонкостями.
— Тут у вас всё плохо, но если сделаете, как написал, сможете завернуть заявление, что даст вам время, пока они снова не обратились...
Суть в том, что Катю отправляли на заклание — дело было проигрышным изначально, и ей нужно было просто сделать хорошую мину при плохой игре.
В общем, Кирилл оказался начальником юротдела в аудиторской фирме. Ну чего: ухаживает теперь за ней, цветы дарит, на машине катает. А она его программистом зовёт.
Уборщица на работе, женщина лет этак шестидесяти, стала спрашивать меня непонятные вещи о «кампутере». Непонятными они оказались по довольно интересному стечению обстоятельств: во-первых, я линукс не знаю, во-вторых, уборщица не знает Windows!
Женщина никогда не работала за компьютером, а совсем недавно вдруг заинтересовалась шайтан-ящиком и попросила внука обучить работе на нём. Внучок рассудил так: бабушка никогда не видела ни одной ОС, значит, ей всё равно, с чего начинать. Так уборщица оказалась жертвой эксперимента.
— Что за «виндовс»? Он называл её Убунтой... Я там в интернете сижу.
Недавно я подхватил вирус, который не любит MMORPG и программирование. При попытке запустить небезызвестный WoW он заменял нормальный WoW.exe на какой-то липовый (в пять раз тяжелее), который запускаться не желал. Сперва я попытался написать программу, которая возвращала бы нормальный файл на место, но при попытке запуска компьютер мгновенно перезагружался.
Вирус перестал себя проявлять только тогда, когда я откатил систему на 1 сентября. Учиться захотел комп, не иначе.
И снова привет из конторы, где админы предпочитают перехватывать управление компьютерами пользователей без предупреждения.
Ставили нам обновления Windows. Зовёт меня коллега. Подхожу, а он смотрит на окошко: закачавшая обновления винда просит перезагрузки. Предлагаю нажать «OK». Он двигает мышью — курсора нет. Ладно, где наша не пропадала: пробуем с клавиатуры. Результат нулевой. И так, и эдак пытались, какие только команды не подавали — даже на нажатие кнопки Windows не реагирует машинка. Решили подождать: может, админы чего ковыряют дополнительно?
На пятнадцатой минуте решили позвонить в IT-отдел и спросить, что происходит. Коллега представился и поинтересовался, что с компом. Поднявший трубку админ сказал, что не знает, кто там его компьютером управляет, и в свою очередь поинтересовался, не знает ли этого юзер. Получив отрицательный ответ, сказал, что ничем помочь не может, и распрощался.
Пока поражённый юзер медленно клал трубку, на другом конце провода послышался окрик: «Эй, %name%, дёрни мышью, пользователь нервничает!» Машинка коллеги бодро ушла в ребут.
Всю ночь поднимали упавшую сеть. Домой я вернулся под утро и часов в пять завалился спать.
Первый звонок прозвучал в полдевятого. Мозг включаться отказался. Телефон продолжал упорно звонить. Минут через двадцать, решив, что происходит что-то действительно ужасное, я всё-таки дополз до трубки. В голове при этом медленно перекатывались фразы из старого анекдота: «После тяжёлой и продолжительной болезни, не приходя в сознание, приступил к исполнению служебных обязанностей».
— Здравствуйте, это Катя!
Господи, какая Катя?! У меня в сети полторы сотни пользователей...
— Здравствуйте, Катя. Что случилось? — Я не могу войти в систему. Она меня не пускает. — Катя, проверьте, не нажата ли случайно клавиша Caps Lock, какой язык ввода используется, и попробуйте ещё раз. — Ой, большое спасибо, я подключилась!
Системным администраторам нужно законодательно запретить выдавать разрешение на ношение оружия. Во избежание...
С компьютером, о котором пойдёт речь, я познакомился ещё лет в семь (сейчас мне шестнадцать) — тогда за ним работал мой отец. 333 MHz, 24-скоростной CD-ROM, два флоппи-дисковода, HDD на 4 GB и старый 15-дюймовый CRT-монитор. Компьютер служил мне честно с первой строчки на QBasic, написанной под диктовку отца; работал и справочником, и плеером, и эмулятором приставок. В последние часы жизни на нём крутился Debian с собранным мною ядром.
Две недели тому назад я познакомился с одной девушкой-недоайтишницей. Она пришла ко мне домой и, завидев моего друга, хмыкнула и спросила: «Это ещё работает?..» Через секунду система умерла: kernel panic, совпавший с посыпавшимся диском и вспухшими конденсаторами возле северного моста. Систему оживить не удалось, и я похоронил компьютер на даче. Собралось много друзей-айтишников, помянули компьютер по всем правилам. С девушкой мы с того времени не общались, и, думаю, уже не будем.
В кои-то веки прибралась в серверной. Выношу коробку с убитыми железками (все made in China). Гляжу на цветок на подоконнике и думаю: «Вот единственное, что китайцы умеют делать качественно — это китайские розы».
